Формирование регуляционной подсистемы ФСЯР

С момента произнесения ребенком первых слов и на протяжении всего периода речевого онтогенеза регуляционная подсистема совершенствуется, ее стратегии усложняются. Это проявляется не только в прогрессе способностей к порождению высказываний, но и в оптимизации, росте дифференцированное стратегий коммуникативно-речевой деятельности.

Изменения степеней функциональной зрелости обоих вышеперечисленных уровней регуляционной подсистемы происходят в онтогенезе гетерохронно.

Операционально-динамический уровень регуляции обнаруживает себя довольно рано: уже на втором году жизни. Проявляется это в использовании детьми разных стратегий   упрощения речевых задач для достижения коммуникативных целей в условиях ограниченных психофизиологических возможностей.

Более подробно эти стратегии будут обсуждены ниже.

По существу это отражает базовый принцип «минимального обеспечения» в развитии функциональных систем головного мозга, сформулированный и экспериментально обоснованный в работах П. К. Анохина (1975). На  начальных этапах онтогенеза жизненно важные функции в упрощенном виде реализуются  на основе ограниченного, минимально необходимого нейрофизиологического обеспечения.

На ранних этапах речевого развития иллюстрацией действия этого принципа могут являться характеристики звуков раннего онтогенеза и особенности звукослоговой структуры ранних слов. Звуки раннего онтогенеза  характеризуются максимальной операциональной простотой регуляции  движения и минимальной комплексностью артикуляторного акта.

Примером тому являются итерационные комплексы (би-би, ко-ко). Принцип «гармонии» в звуковом составе ранних слов сохраняет свое влияние до момента появления первых фраз. Он приводит к максимальной близости и единообразию звуков, входящих в одно слово или синтагму, что  значительно упрощает задачи фонологического программирования и моторной реализации.

Как отмечалось выше, это вызывает феномены ассимиляции и итерации в ранних словах ребенка.

Следующий этап прироста регуляционных и ресурсных возможностей состоит в появлении двухсловных сочетаний и раннего синтаксиса. По существу это предполагает способность осуществления в параллельном режиме двух категорий операций: синтаксических и артикуляторных.

Следующий шаг, резко повышающий сложность и комплексность одновременно совершаемых операций, —  овладение  словоизменением.  Это требует  значительных когнитивных и энергетических ресурсов. Ресурсный дефицит в случае патологии приводит к запаздыванию этого этапа и редукции ряда  операций: употреблению некоторых флексий при значительной фонологической редукции основы слова.

Автоматизация операций  предшествующего периода высвобождает резервы и позволяет освоить новые фонологические или грамматические операции,  повышая суммарную степень комплексности выполняемых когнитивных операций в процессе порождения высказывания.

Слабость, незрелость операционно-динамического уровня регуляционной системы приводит к высокой контекстуальной зависимости допускаемых ошибок: чем выше комплексность высказывания, тем больше ошибок и тем они вариабельнее.

Другим примером  слабости этого уровня могут быть  особенности речевого поведения в разных ситуациях у детей с отклонением речевого развития на стадии частичной компенсации. Например, ребенок демонстрирует фонетически правильную речь в кабинете логопеда, в разговоре со взрослым, но регрессирует к дефектному произношению в общении со сверстниками.

Коммуникативно-речевой уровень регуляционной подсистемы достигает заметной функциональной зрелости позднее: в дошкольном возрасте, когда формируется способность к произвольному управлению прагматическим аспектом речевой деятельности, то есть структурой, стилистикой текстов соответственно коммуникативной ситуации.

Наиболее ярко новые возможности детей проявляют себя в овладении таким речевым жанром, как «разговорная речь».

«Речь для взрослых», «речь для повседневного общения со сверстниками» и «речь для себя» (так называемая «эгоцентрическая речь», аутодиалоги, «квазидиалоги») начинают заметно различаться не только по стилистике, но и по словарному составу, грамматическому и синтаксическому оформлению.

Характер речевого общения во взаимодействии со сверстниками весьма зависит и от вида деятельности, в контексте которой происходит диалог.

Наши наблюдения и исследования других авторов позволяют выделить по меньшей мере четыре типа ситуаций, которые существенно меняют как развернутость, так и связность диалога:

  • ситуация совместной деятельности (коактивного или интерактивного типа), совместного выполнения какой-либо задачи (совместное рисование, конструирование и т. п.);
  • сюжетно-ролевая игра и ролевые диалоги;
  • режиссерская игра с игрушечными персонажами и инсценированные квазидиалоги;
  • бытовые, неструктурированные ситуации общения (например, информационный, фактический и исповедальный типы диалога в терминологии Н. А. Лемяскиной).

Кроме того, наблюдения показывают, что не только содержательная сторона, но и формальные показатели диалога (развернутость, связность, число реплик и др.) зависят от субъективно-личностных позиций и отношений участников диалога.

В школьном возрасте сложность задач и возможности коммуникативного уровня регуляционной подсистемы многократно возрастают в связи с ростом сложности и ролевой вариативностью дискурса.

Узнай цену консультации

"Да забей ты на эти дипломы и экзамены!” (дворник Кузьмич)